Ты тише, тоньше, чем звук, ты сходишь, как падает лист. О, если бы с рук твоих вдруг я научился читать без слов. Они мягки, как волос, как пух — из чьих же упали гнёзд? На землю, что медленно нас теряет, они опускаются, как лист.
В них — одна лишь нежность. Они снимают с меня покров, что ночами сросся со мной, быть может, соткан был в пыли и слишком непрочен, стар. Какой мне кроить наряд твоя эта нежность велит и из чего она станет ткать?
Ты тише, тоньше, чем звук, о, сделай его тише ещё, пусть тьма сотрёт его след с наших сомкнутых губ в ту ночь, что вышла из нас и шепчет огню приказ. Над хрупкостью твоих ресниц я дом себе воздвиг.
---
[Оригинал]
Chvění listu
Jsi útlejší než hlas, snášíš se jako list, kéž jen z tvých rukou včas naučil bych se číst, jsou hebké jako vlas — z jakých to spadly hnízd? Na zem, jež ztrácí nás, snášejí se jak list. Jsou sama líbeznost, svlékají ze mne šat, jenž v nocích se mnou srost — v špíně byl utkán snad a chatrný je dost — na jaký střihne šat mi tvoje líbeznost a z čeho bude tkát? Jsi útlejší než hlas, ach, ještě víc jej ztlum a jeho otisk zas tma sejme našim rtům v tu noc, jež vyšla z nás a velí požárům — Nad křehkostí tvých řas postavil jsem si dům.
