Опять раскинулся узорно Над белым полем багрянец, И заливается задорно Нижегородский бубенец.
Под затуманенною дымкой Ты кажешь девичью красу, И треплет ветер под косынкой Рыжеволосую косу.
Дуга, раскалываясь, пляшет, То выныряя, то пропав, Не заворожит, не обмашет Твой разукрашенный рукав.
Уже давно мне стала сниться Полей малиновая ширь, Тебе — высокая светлица, А мне — далекий монастырь.
Там синь и полымя воздушней И легкодымней пелена. Я буду ласковый послушник, А ты — разгульная жена.
И знаю я, мы оба станем Грустить в упругой тишине: Я по тебе — в глухом тумане, А ты заплачешь обо мне.
Но и познав, я не приемлю Ни тихих ласк, ни глубины. Глаза, увидевшие землю, В иную землю влюблены.
