Песнь четвёртая Мы взошли по горному карнизу Так высоко за гнездом орла; Вечер сбросил золотую ризу, И она на западе легла; В небе загорались звезды; снизу Наплывала голубая мгла.

Муза ты дрожишь, как в лихорадке, Взор горит и кудри в беспорядке. Что с тобой? Разгаданы загадки, Хитрую распутали мы сеть… Успокойся, Муза, чтобы петь, Нужен голос ясный словно медь!

Голосом глубоким и кристальным Славу тополям пирамидальным Мы с тобою ныне воспоем, Славу рекам в блеске золотом, Розовым деревьям и миндальным И всему, что видим мы вдвоем.

Новый мир, как девушка невинный!.. Кто ж прольет девическую кровь? Кто визжаньем пил, как чарой винной, Одурманит лес еще пустынный, Острым плугом взрежет эту новь И заплатит мукой за любовь?

Знаю! Сердце девушек бесстрастно, Как они, не мучить никому: Огонек болот отравит тьму, Отуманит душу шум неясный, Подкрадется ягуар опасный, Победитель, к лоту твоему.

Крик… движенье… и потонет в бездне Той, что ночи Севера беззвездней, Слишком много увидавший взгляд. Здесь любовь несет с собой болезни, Здесь растенья кроют сладкий яд, И о крови боги говорят.

Но напрасно! Воли человечьей Не сдержать ни ядам, ни богам! В глубине пещер, по берегам Тихих рек, по чащам и по рвам, Всюду, всюду, близко и далече, Запоют, пройдут людские речи.

Поднимайся занавес времен И развейся сумрачная чара! Каждый павший будет отомщен, Силою возвратного удара, Зов свобод здесь кинет Вашингтон, И пройдет, как молния, Пизарро.

Девушка, игравшая судьбой, Сделается нежною женой, Милым сотоварищем в работе… Водопады с пеной ледяной, Островки, забытые в болоте, Вы для жизни духа оживете!

Друг за другом встанут города, Там забрыжжет детский смех, и деды Заведут спокойные беседы, Вспоминая старые года… Но безумцы, те уйдут туда, Где еще не веял стяг победы.

Потому что Бог их — Бог измен! Путник, Он идет над звездным севом, Он всечасно хочет перемен; Белизна нагих Его колен, Вздох, звучащий солнечным напевом, Снятся только ангелам и девам.

Странный Бог, не ведающий зла, Честный, как летящая стрела, Чуждая и круга, и угла, Стройный Бог с душою пьяной снами, Легкими и быстрыми шагами Вдаль и вдаль идущий над мирами!

Голос твой, о Муза, точно рог, — Он сродни тебе, веселый Бог! Эти губы алого коралла Ты когда-то в небе целовала, Ты уже касалась этих ног С их отливом бледного опала.

Заповедь его нам назови, Дай нам знак, что ты пришла оттуда! Каждый вестник был досель Иуда. Мы устали. Мы так жаждем чуда. Мы так жаждем истинной любви… — Будь как Бог: иди, лети, плыви!