I Младой францисканец безмолвно сидит, Объятый бесовским волненьем. Он книгу читает, он в книге чертит, И ум его полон сомненьем.
И кажется тесная келья ему Унылей, угрюмее гроба, И скучно, и страшно ему одному, В груди подымается злоба.
Он мало прожил, мало знает он свет, Но чудные знает преданья О страшных влияньях могучих планет, О тайнах всего мирозданья.
Но всё опостылело в жизни ему Без горя и радостей света. Так в небе, внезапно прорезавши тьму, Мелькает златая комета
И, после себя не оставив следа, В пространстве небес исчезает, Так полная сил молодая душа Бесплодно в стенах изнывает.
Младой францисканец безмолвно сидит, Главу уронивши на руки, Он книгу отбросил и в ней не чертит, Исполнен отчаянной муки.
«Нет, полно, — вскричал он, — начну жить и я, Без радостей жизнь да не вянет. Пускай замолчит моей грусти змея И сердце мне грызть перестанет.
Бегу из монашеских душных я стен, Как вор, проберуся на волю, И больше, о нет, не сменяю на плен Свободную, новую долю».
II
Суров инквизитор великий сидит, Теснятся кругом кардиналы, И юный преступник пред ними стоит, Свершивший проступок немалый.
Он бегство затеял из монастыря И пойман был с явной уликой, Но с сердцем свободным, отвагой горя, Стоит он бесстрашный, великий.
Вот он пред собраньем ведёт свою речь, И судьи, смутяся, робеют, И стража хватается гневно за меч, И сам инквизитор бледнеет.
«Судить меня смеют, и кто же — рабы! Прислужники римского папы Надменно и дерзко решают судьбы Того, кто попался им в лапы.
Ну что ж! Осудите меня на костёр, Хвалитеся мощью своею! Но знайте, что мой не померкнется взор, Что я не склоню свою шею!
И смерть моя новых бойцов привлечёт, Сообщников дерзких, могучих; Настанет и вашим несчастьям черёд! Над вами сбираются тучи!
Я слышал: в далёких германских лесах, Где всё ещё глухо и дико, Поднялся один благородный монах, Правдивою злобой великий.
Любовию к жизни в нём сердце горит! Он юности ведает цену! Блаженство небес он людям не сулит Земному блаженству в замену!
А вы! Ваше время давно отошло! Любви не вернёте народа. Да здравствует свет, разгоняющий зло! Да здравствует наша свобода!
Прощайте! Бесстрашно на казнь я иду, Над жизнью моею вы вольны, Но речи от сердца сдержать не могу, Пускай ею вы недовольны».
