Царь сказал своему полководцу: „могучий, Ты высок, точно слон дагомейских лесов, Но ты все-таки ниже торжественной кучи Отсеченных тобой человечьих голов.
„И как доблесть твоя, о, испытанный воин, Так и милость моя не имеет конца. Видишь солнце над морем? Ступай! Ты достоин Быть слугой моего золотого отца“.
Барабаны забили, защелкали бубны, Преклоненные люди завыли вокруг, Амазонки запели протяжно, и трубный Прокатился по морю от берега звук.
Полководец царю поклонился в молчаньи И с утеса в бурливую воду прыгнул, И тонул он в воде, а, казалось, в сияньи Золотого закатного солнца тонул.
Оглушали его барабаны и клики, Ослепляли соленые брызги волны, Он исчез. И блистало лицо у владыки, Точно черное солнце подземной страны.
