651 Цветаева М. Зима
Мы вспоминаем тихий снег, Когда из блеска летней ночи Нам улыбнутся старческие очи Под тяжестью усталых век.
Погрузитесь в философские стихотворения, которые исследуют глубокие вопросы бытия, смысла жизни и человеческого существования. Насладитесь поэзией, воспевающей размышления, мудрость и духовные поиски.
Всего произведений в базе на эту тему: 1817
Мы вспоминаем тихий снег, Когда из блеска летней ночи Нам улыбнутся старческие очи Под тяжестью усталых век.
Неподражаемо лжет жизнь: Сверх ожидания, сверх лжи… Но по дрожанию всех жил Можешь узнать: жизнь!
Он лежал без движенья, как будто по тяжкой работе Руки свои опустив. Голову тихо склоня, Долго стоял я над ним, один, смотря со вниманьем Мертвому прямо в глаза; были закрыты глаза,
Любви все возрасты покорны; Но юным, девственным сердцам Ее порывы благотворны, Как бури вешние полям:
Сердце, пламени капризней, В этих диких лепестках, Я найду в своих стихах Все, чего не будет в жизни.
По узкой тропинке Я шел, упоенный мечтою своей, И в каждой былинке Горело сияние чьих-то очей.
К тебе, имеющему быть рожденным Столетие спустя, как отдышу, – Из самых недр, – как на́ смерть осужденный, Своей рукой – пишу:
Я пастух, мои палаты — Межи зыбистых полей. По горам зеленым — скаты С гарком гулких дупелей.
Проплясал, проплакал дождь весенний, Замерла гроза. Скучно мне с тобой, Сергей Есенин, Подымать глаза…
Вере Аренской Беженская мостовая! Гикнуло – и понеслось Опрометями колес.
Как в ночь звезды падучей пламень, Не нужен в мире я. Хоть сердце тяжело как камень, Но всё под ним змея.
Эх, жизнь моя, Улыбка девичья. За Гольдшмита пьем И за Галькевича.
Смотри, как на речном просторе, По склону вновь оживших вод, Во всеобъемлющее море За льдиной льдина вслед плывет.
Когда лежит луна ломтем чарджуйской дыни На краешке окна, и духота кругом, Когда закрыта дверь, и заколдован дом Воздушной веткой голубых глициний,
Я не для ангелов и рая Всесильным богом сотворен; Но для чего живу страдая, Про это больше знает он.
Сойка однажды осмелилась забрести во двор, где обычно разгуливали Павлины. Там она нашла множество перьев, выпавших у Павлинов во время линьки. Сойка привязала их все к своему хвосту и, важно вышагивая, направилась к Павлинам. Но едва она приблизилась, как обман был раскрыт.
Есть слова. Их дыханье — что цвет: Так же нежно и бело-тревожно; Но меж них ни печальнее нет, Ни нежнее тебя, невозможно.
Муза-сестра заглянула в лицо, Взгляд ее ясен и ярок. И отняла золотое кольцо, Первый весенний подарок.
Люблю я цепи синих гор, Когда, как южной метеор, Ярка без света и красна Всплывает из-за них луна,
Осенней неги поцелуй Горел в лесах звездою алой И песнь прозрачно-звонких струй Казалась тихой и усталой.
Мальчиком, бегущим резво, Я предстала Вам. Вы посмеивались трезво Злым моим словам:
Нас двадцать миллионов. От неизвестных и до знаменитых, Сразить которых годы не вольны, Нас двадцать миллионов незабытых,
Душа, не знающая меры, Душа хлыста и изувера, Тоскующая по бичу. Душа – навстречу палачу,
Дева — Я пришла, святой отец, Исповедать грех сердечной, Горесть, роковой конец
Я вольный ветер, я вечно вею, Волную волны, ласкаю ивы, В ветвях вздыхаю, вздохнув, немею, Лелею травы, лелею нивы.
Романс Минутная краса полей, Цветок увядший, одинокий, Лишен ты прелести своей
Анне Ахматовой Я из дому вышел, когда все спали, Мой спутник скрывался у рва в кустах, Наверно, наутро меня искали,
Слова разлуки повторяя, Полна надежд душа твоя; Ты говоришь: есть жизнь другая, И смело веришь ей... но я?..
Ты слишком для невинности мила, И слишком ты любезна, чтоб любить! Полмиру дать ты счастие б могла, Но счастливой самой тебе не быть;
Оборвана цепь жизни молодой, Окончен путь, бил час, пора домой, Пора туда, где будущего нет, Ни прошлого, ни вечности, ни лет;
Дума за думой, волна за волной — Два проявленья стихии одной: В сердце ли тесном, в безбрежном ли море — Здесь — в заключении, там — на просторе,
— Ну что ж, малыш, — сказало Дерево Тростнику, росшему у его подножия, — почему ты не вонзаешь корни глубже в землю и не поднимаешь голову смело к небу, как это делаю я? — Я доволен своей долей, — ответил Тростник. — Может быть, я и не так величав, зато, думаю, мне безопаснее. — Безопаснее! — усмехнулось Дерево. — Кто сумеет вырвать меня с корнем или склонить мою голову к земле? Но вскоре ему пришлось раскаяться в своей гордыне.
Солнцу раз сказал Борей: «Солнце, ярко ты сияешь! Ты всю землю оживляешь Теплотой своих лучей!..
Так, в жизни есть мгновения — Их трудно передать, Они самозабвения Земного благодать.
Петух важно расхаживал по двору среди кур, когда вдруг заметил во соломе что-то блестящее. «О-го! Это уж точно для меня», — сказал он и быстро выгреб находку из соломы. Это оказалась жемчужина, случайно потерянная кем-то во дворе. «Может, для людей ты и сокровище, — сказал Петух, — но мне милее одно-единственное зёрнышко ячменя».
Проста моя осанка, Нищ мой домашний кров. Ведь я островитянка С далеких островов!
Для чего я не родился Этой синею волной? Как бы шумно я катился Под серебряной луной,
Возвращение в жизнь – не обман, не измена. Пусть твердим мы: «Твоя, вся твоя!» чуть дыша, Все же сердце вернется из плена, И вернется душа.
Быть может, эти электроны — Миры, где пять материков, Искусства, знанья, войны, троны И память сорока веков!
Я жду, исполненный укоров: Но не весёлую жену Для задушевных разговоров О том, что было в старину.
Солнца луч золотой Бросил искру свою И своей теплотой Согрел душу мою.
Все мы, святые и воры, Из алтаря и острога Все мы — смешные актёры В театре Господа Бога.
Стихи растут, как звёзды и как розы, Как красота — ненужная в семье. А на венцы и на апофеозы — Один ответ: — Откуда мне сие́?
Вчера до самой ночи просидел Я на кладбище, всё смотрел, смотрел Вокруг себя; — полстертые слова Я разбирал. Невольно голова
Зачем ты послан был и кто тебя послал? Чего, добра иль зла, ты верный был свершитель? Зачем потух, зачем блистал, Земли чудесный посетитель?
Мне нравится иронический человек. И взгляд его, иронический, из-под век. И черточка эта тоненькая у рта — иронии отличительная черта.
Мы случайно сведены судьбою, Мы себя нашли один в другом, И душа сдружилася с душою, Хоть пути не кончить им вдвоем!
Бедный друг, истомил тебя путь, Темен взор, и венок твой измят. Ты войди же ко мне отдохнуть. Потускнел, догорая, закат.
Я жить не могу настоящим, Я люблю беспокойные сны, Под солнечным блеском палящим, И под влажным мерцаньем Луны.
Вот, друг, плоды моей небрежной музы! Оттенок чувств тебе несу я в дар. Хоть ты презрел священной дружбы узы, Хоть ты души моей отринул жар...
Погрузитесь в философские стихотворения, которые исследуют глубокие вопросы бытия, смысла жизни и человеческого существования. Насладитесь поэзией, воспевающей размышления, мудрость и духовные поиски.